Логитип Rediska

Земли под прицелом: как в Минобороны решают земельные вопросы

Алена Вовченко.

Земли под прицелом: как в Минобороны решают земельные вопросы - фото


Алена Вовченко. Специально для «Вестей».

В начале года в Министерстве обороны Украины официально отчитались: в собственность ведомства, стараниями его руководства, юристов, прокуроров, судей, активистов и журналистов-расследователей удалось вернуть 70 тысяч гектаров земли. В ведомстве не устают рапортовать, что постоянно возвращают принадлежащие ему по праву земли – ранее отданные в откуп, в аренду, просто отжатые. «Вести» разбирались, так ли это на самом деле.

Во времена Советского Союза земли изымались у местных советов и передавались военным – по закону, Министерство обороны СССР получало право постоянного пользования ими. После развала Союза вся инфраструктура – воинские части, полигоны, аэродромы и военные городки  — досталась государству, но осталась в распоряжении того же ведомства.

По подсчетам координатора движения «Вместе против коррупции» Оксаны Величко, нынче в распоряжении Минобороны Украины — до 500 тысяч гектаров земли. Но вся проблема в том, что на сегодняшний день эти земли не имеют кадастровой нумерации, а, следовательно, и любой другой документации.

«Есть прецеденты, когда земля фактически принадлежит Минобороны, а по документам – нет. А чтобы оформить один пакет документов на каждый надел земли – это огромные деньги», — говорит советник президента Юрий Бирюков. В прошлом году Министр обороны Степан Полторак дал распоряжение провести инвентаризацию земель и обеспечить их внесение в государственный земельный кадастр. Процесс вроде бы пошел, но в реальности все далеко не радужно.

Пропаханные села

Жители села Бережница Маневицкого района Волынской области только недавно с удивлением узнали, что их село им самим не принадлежит. Ведь деревушка находится на территории авиационного полигона «Поворск», и теперь военные просят освободить их земли.

История тянется со времен, когда еще до начала Второй мировой войны местных насильно и массово вывозили в Бессарабию. Поворский полигон появился здесь только в 1968 году. Позже многие селяне вернулись на обжитые места, но Минобороны СССР так и не дало согласия на строительство населенного пункта на полигоне. Однако село возродилось, и нынче здесь проживает 550 жителей.

«Сельский совет предоставлял землю под строительство согласно решению районного совета об установлении границ села. Выданы государственные акты на землю», — говорится на официальном сайте Маневицкой райгосадминистрации.

Теперь же из-за иска Минобороны и требования освободить землю жители села не могут осуществлять никаких действий с имуществом и своими участками. Чтобы решить вопрос, председатель Волынской облгосадминистрации Владимир Гунчик обратился к Министру обороны Полтораку с просьбой рассмотреть эту ситуацию, а пока селяне, как говорят в самой Бережнице, — в подвешенном состоянии.

Поле битвы — Фейсбук. Как чиновники и силовики воюют в сетях

Похожая ситуация наблюдается и в деревне Жовтневое Владимир-Волынского района. В советские времена просто на территории деревни располагался аэродром, который функционировал вплоть до 1998 года, когда 442-ой вертолетный полк был расформирован. Из того, что еще осталось от аэродрома, – два полуразрушенных помещения и 300 гектаров земли, которые Министерство пытается вернуть себе всеми силами.

Неподалеку от Винницы, в селе Петрик в 1959 году селянам были розданы земли бывшего охотничьего хозяйства, занимавшего свыше 400 гектаров. Строилось все силами Винницкого гарнизонного совета охотничьего хозяйства Прикарпатского военного округа, позже здесь был создан целый совхоз.

В 2010 году военная прокуратура подала в суд, утверждая, что эти земли принадлежат Минобороны, но проиграла: землю оставили за Малиновским сельским советом. В 2015 году история повторилась. В итоге членов военно-охотничьего общества попросту попросили с занятых ими земель.

Возмущению людей нет предела. Ведь юридически земля принадлежит Малиновскому сельсовету, имущество принадлежит «ВОО «Петрик», но суд встал на сторону Минобороны – оказывается, по документам здесь находится… военный городок №84.

Такой же прецедент возник и в Одесской области — в Тарутинском районе, где ранее располагался Тарутинский общевоенный полигон площадью свыше 24 тысяч гектаров. Сам полигон был создан в 1946 году и считался одним из крупнейших СССР. Потом войска вывели, и огромная территория пустовала.

Часть земель местная власть выделила во временное пользование военному совхозу «Черноморский», который обязался обеспечивать войска Южного оперативного командования сельскохозяйственными продуктами, часть взяли в аренду виноделы и фермеры, а на части территорий в 2011 году был создан ландшафтный заказник «Тарутинская степь».

Теперь заказник снова в распоряжении военных. И таких ситуация по всей стране все больше. Под прицелом оказались сотни арендаторов земель. Самое интересное, что в Минобороны так и не могут ответить – зачем возвращают землю, ведь порядок ее использования в сельскохозяйственных целях отсутствует.

Ничейные гектары

Кроме сел, заказников и огородов, у Минобороны есть и гораздо более с инвестиционной точки зрения привлекательные объекты – в больших и малых городках. Это здания, военные части и военные городки, на месте многих из которых уже красуются новостройки.

Впервые о «дерибане» земли, принадлежащей военным, широкой общественности стало известно в 2007 году. Тогда скандал разразился из-за сообщения коммуниста Спиридона Килинкарова о том, что жена главы секретариата президента Виктора Балоги за бесценок приобрела целый военный городок в Мукачево.

В декабре 2007 года тогда премьер Янукович своим распоряжением провел отчуждение имущества, земли и построек военного городка в Мукачево по улице Чехова, Валленберга и Береговской (три постройки на тот момент находились почти в центре Мукачево – ред.). Все – в пользу ООО «Партнер», в основателях которого и числилась Оксана Балога, а также супруга мэра Мукачева Марина Петьовка. В мэрии тогда объяснили: жилищный фонд требует капитального ремонта, а денег нет. Поэтому, дескать, и решили продать казармы и другое имущество военных.

По условиям конкурса, покупателю военного имущества нужно было приобрести само имущество и жилье для военных площадью 2500 квадратных метров. Разрешалось купить эти самые квадратные метры на вторичном рынке. Семья Балоги заплатила за военное имущество 22 миллиона, также ООО «Партнер» купило для военных 44 квартиры, причем часть из них были непригодными для жилья – то есть по сути, это были трущобы. Об этом свидетельствовали и результаты правительственной проверки.

Интересную схему провернули также два года назад в Одессе. Еще в 2004 году Минобороны составило договор с ООО «УВГП-Система» по поводу строительства жилья в порядке паевого участия для военнослужащих и их семей. Застройщик уверял, что на территории в пределах проспекта Гагарина, переулка Ботанического, улиц Армейской, Маршалла Говорова и Сегедской будет жилье для военных. Но на сайте компании уже продают квартиры в 4-ох 24-этажных новостройках нового ЖК под названием «Четыре сезона».

На Львовщине Яворовское квартирно-эксплуатационное управление отдало 29 гектаров земли бывшего военного профилактория возле Яворовского полигона фирме «Ирбис», владельцем которой выступает Петр Дыминский. А в Николаеве в руки частных фирм попало около 30 гектаров земли Минобороны, где уже красуются частные коттеджи. Схему связывают с покойным мэром города Владимиром Чайкой.

В Киеве схожей схемой уже занялось НАБУ – там расследуют незаконные действия Государственной специальной службы транспорта (ГССТ) и военной части 195-й Центральной базы ГССТ при строительстве жилья для военнослужащих по улице Магнитогорской, 5 в Деснянском районе Киева. Здесь частному застройщику выделили 8 гектаров земли. В планах — соорудить целый квартал на 4455 квартир, но военным из них пообещали только 150, хотя по закону обязаны предоставить не менее 10%.

«Чиновники  возвращают государству зачастую никому не нужные земли – в деревнях или где-то на выселках. Они не очень-то и ценны. Гораздо более ценятся земли в городах-милионниках или в пригородах. Именно эти земли в Министерстве возвращать не спешат. А возводить новостройки в городах без согласования со всеми сторонами – слишком большой риск для застройщика.

Так что такие постройки заранее согласованы. Главная проблема и спасение для Минобороны – то, что земли военных не внесены в Государственный кадастр. Даже само здание Минобороны и Генштаба находится на земле, которая не имеет кадастровых номеров, а значит, она ничейная», — комментирует ситуацию Евгений Пинчук, член Гражданского совета при Минобороны и глава Всеукраинского сообщества бесквартирных офицеров.

Две схемы

В стремлении узаконить «ничейные» гектары наиболее ходовыми являются две схемы. По первой схеме застройщик присматривает себе участок, идет к городским властям, те обращаются к нужным людям в Минобороны – за «вознаграждение». И все остаются довольны.

Вторая схема – застройщик заключает инвестиционный договор с Минобороны, в котором обязуется часть жилья отдать военным. А затем события развиваются «не по плану» – застройщик не успевает сдать квартиры в срок и покупает жилье военнослужащим в лучшем случае километров за 50 – 100 от места постройки, в каком-нибудь райцентре. «У меня был случай, когда застройщик строил жилье в Одессе, а квартиру по-срочному купил за 200 километров от Одессы», — рассказывает Евгений Пинчук.

Активисты не раз обращались с заявлениями по подобным поводам лично к Министру обороны Полтораку. Полтора года назад министр дал распоряжение создать реестр всех фондов и земель Минобороны. В противном случае он грозился принять жесткие меры.

Руководителем отдела нормативно-методического обеспечения и мониторинга владения и использования имущества и земель Минобороны стал Иван Базарко. Он начал проверки, но большинство земель уже находятся в частных руках. Не так давно начали всплывать фамилии генералов, бизнесменов и депутатов. Как следствие – началось давление, и Ивану Базарко пришлось уйти с должности. И селяне в подвешенном состоянии, и недострои на «ничейных» землях продолжают существовать.


Новости раздела